Рекомендуем

• Для вас со скидками выйти из запоя без дополнительной оплаты.

Поиск



Счетчики








Не склонившая головы (предисловие к "Анжелике в Новом Свете" от издательства "Полымя")

Перед вами седьмой роман из десятитомного (тринадцатитомного. - Прим. ред.) цикла Анн и Сержа Голон о превратностях судьбы супруги графа де Пейрака в век Людовика XIV. Цикл рождался в 50-70-е годы нашего столетия - время, называемое эпохой возрождения исторического романа (расцвет этого жанра относится к первой половине XIX века). Обращение писателей Франции тех лет к истории не случайно. Участие в движении Сопротивления в годы Второй мировой войны, борьба против колониальных войн во Вьетнаме и Алжире делали миллионы людей сопричастными судьбе страны и заставляли задуматься о ее будущем. А будущего, как известно, не бывает без прошлого.

В этот период появляются литературные произведения, в которых осмысливается опыт минувшего, делаются попытки определить общие закономерности исторического движения. Это: "Страстная неделя" Луи Арагона, "Божьи безумцы" Жана-Пьера Шаброля, "Огни гнева" Макса-Оливье Локана, "Великолепная" Андре Шамсона, широко известный советскому читателю цикл Мориса Дрюона "Проклятые короли", ряд романов о Парижской коммуне. Эти произведения, затрагивающие серьезные проблемы движущих сил общественного процесса, роли народа и личности в истории, проблемы власти, увлекали читателя как глубиной философской мысли, так и поэтикой, остротой сюжета.

Возросший интерес к произведениям такого плана порождает в свою очередь целый поток историко-приключенческой беллетристики. Среди них - романы Жака Лорана о Каролине на темы французской революции и империи ("Милая Каролина", "Сын милой Каролины", "Каприз милой Каролины"), роман Жюльет Бензони "Марианна, звезда для Наполеона", цикл романов об Анжелике.
Авторы этого цикла не начинали свою деятельность как писатели. Анн родилась в Тулоне, Серж - в Туркестане, где его отец был дипломатом. В молодости Серж интересовался археологией, геологией, химией. Получив высшее образование, он отправился в качестве геолога в Конго, где и встретился с молодой журналисткой Анн. Общий интерес к истории и побудил их написать первый том об Анжелике. Вероятно, удачный сплав научных познаний Сержа и легкости пера Анн, ее знания женской психологии обеспечили роману успех, который превзошел все ожидания ее авторов и повлек за собой многотомное продолжение. Вся серия состоит из десяти романов. Вот они:
1. Анжелика, маркиза ангелов.
2. Дорога в Версаль.
3. Анжелика и король.
4. Неукротимая Анжелика.
5. Анжелика в гневе.
6. Анжелика и ее любовь.
7. Анжелика в Новом Свете.
8. Искушение Анжелики.
9. Анжелика и дьявол.
10. Анжелика и заговор ангелов.
(Несколько странной нам представляется трактовка автором статьи названия десятого тома. На русском языке книга выходила под названиями "Анжелика и заговор теней", "Анжелика и заговор теней прошлого", "Анжелика и заговор темных сил", "Заговор теней", но никогда как "Анжелика и заговор ангелов". Кроме того, ни оригинальное название ("Angélique et le Complot des Ombres"), ни содержание книги не дают указания на "заговор ангелов", поэтому, скорее всего, у автора статьи имеет место ошибка. Неточность имеется и в названии девятого тома - оригинальное название "Angélique et la Démone" - женщина-демон, пусть дьяволица, но никак не дьявол. На русском языке книга выходила как "Анжелика и демон", и как "Анжелика и дьяволица". Также в списке недостает еще трех романов: “Анжелика в Квебеке”, “Дорога надежды”, “Победа Анжелики”. - Прим. ред.)
Переведенная на все европейские, а также на японский, турецкий, иврит, греческий (возможно, речь идет о древнегреческом языке. - Прим. ред.) и другие языки (всего существует 159 переводов), "Анжелика" приобрела себе читателей во всем мире.

Чем же объясняется столь шумный массовый успех? И можно ли вообще причислить "Анжелику" к историческому роману? В чем, собственно, особенности этого жанра и как отличить хороший исторический роман от плохого? Следует ли прежде всего искать в нем достоверность фактов или точное соблюдение хронологии? Тогда к какому жанру следует отнести романы Дюма-отца и Фенимора Купера, влияние которых живо ощущается в произведениях Анн и Сержа Голон? Вопросы, вопросы, вопросы…
Трудно дать точные определения историческому "духу времени", который пытались воссоздать в своих произведениях писатели-романтики Гюго, Виньи, Мериме и другие, чтобы, исходя из этого определения, судить о принадлежности того или иного романа к историческому. Каждая эпоха и каждый писатель предъявляют свои требования к этому жанру. Романтики создавали философский роман, стремясь воссоздать в нем "местный колорит" и выявить общие законы и направление движения истории. Дюма пытался доказать, что ход событий зависит не только от царственных особ и великих деятелей, стоящих на авансцене истории, но и тех, кто находится за ее кулисами. В романах Голон проскальзывает аналогичная мысль: Анжелика прячет ларец с ядом, предназначенным для короля, и тем самым спасает коронованную особу. Следовательно, не вмешайся она случайно, судьба Франции могла бы быть иной.

Для многих писателей исторические события важны не сами по себе, а как аллюзии на современность, и, создавая произведения, они нарочито подчеркивают в них это сходство. Флобер под одеждами отдаленных эпох и чуждых религий стремится обнаружить сердце с ощущениями современного ему человека. Голон, как мы видим, тоже разделяют идею о неизменности человеческой природы, что и делает их героев близкими читателю и вызывает сочувствие к ним.

Существует множество определений исторического романа и его классификаций. Одно из них - "роман в истории" /1/. Писатели, работающие в этом жанре, не стремятся быть верными Истории правды, строят свои творения как биографию вымышленного героя. "Роман в истории" - повествование о человеке, воссоздание его психолого-нравственного облика, характера деятельности. История в таком романе составляет фон повествования, но фон достаточно хорошо изученный. В него попадают и реальные лица, но, вступая в общение с вымышленными персонажами, они совершают поступки и произносят речи, в действительности ими не совершенные и не произнесенные. Автор старается передать лишь общий рисунок характера, психологического склада и правдоподобие поступков исторического лица, при этом и описание не обходится без субъективного момента, степень которого зависит от авторского восприятия и отношения к изображаемому персонажу. Так, в третьем романе серии - "Анжелика и король" - Голон старались передать атмосферу интриг Версальского двора. И это им удалось. Но романная мадам де Монтеспан не похожа ни характером, ни поведением на реальную могущественную фаворитку Людовика XIV, да и сам король, обаятельный, любезный и неотразимый в общении с женщинами (по свидетельству его современника мемуариста Сен-Симона) мало имеет сходства с несколько хмурым и довольно неловким Людовиком, каким он предстает в творении писателей. (Но Сен-Симон был его младшим современником, и не видел Людовика в молодости. Кроме того, непохоже, чтобы Людовик в романе был хмурый и неловкий. Анжелика сама имела необычный характер, поэтому Людовик мог вести себя с ней не так, как с другими. - Прим. ред.) Правдоподобно его отношение к графу де Пейраку ("Анжелика"), ибо стремящийся к абсолютной власти король не мог терпеть около себя независимого дворянина. Но не соответствует действительности его зависимость от министра финансов Фуке. (Если эта зависимость имела место, то лишь во времена Мазарини, но так и описано в первом томе. Сам Людовик достаточно быстро с Фуке расправился, кроме того эта быстрая и тщательно спланированная расправа в какой-то степени свидетельствует, что король все же опасался Фуке и его влияния. - Прим. ред.)

1. Флоровская О.В. Французский исторический роман XX века (60-70-е годы). Кишинев, 1989.

Итак, книги об Анжелике де Пейрак могут быть отнесены к типу "романов в истории". Однако полностью характер героини раскрывается не в рамках одних декораций, а при постоянной их смене: настолько богата приключениями ее жизнь. Значит, это еще и авантюрные романы, построенные по законам жанра, столь любимого французами со времен Средневековья. Действие их представляет собой цепь событий, приключений, в которые попадает герой; число этих приключений может увеличиваться по воле автора до тех пор, пока ему герой не наскучит.
Привлекательность авантюрного романа - в особой их экзотичности, некоего романтического флера. Читатель испытывает удовольствие от поэтической достоверности произведения, исторический фон будит воображение. Читательский интерес к приключенческому жанру, как и к детективному, вызван и типом главного действующего лица - человека, способного на активное действие, на поступок. Способность на поступок - столь желанное качество, которым хочется обладать каждому, но которое встречается так редко. Некоторые критики видят в таком герое некий тип супермена, опасного своим ницшеанством. Опасность явно мнимая: в герое произведения следует видеть скорее концентрацию определенных качеств: воли, мужества, благородства, составляющих идеал каждого человека, особенно юного. Ведь и богатыри русских народных сказок тоже в какой-то степени супермены. Необходимо учитывать, на что направлена деятельность таких личностей, во имя чего совершаются поступки. И если цель благородна, а действия - во имя добра, то читатель, сопереживая литературному персонажу, мысленно участвуя с ним в его подвигах и побеждая зло, ощущает в себе прилив сил, энергии, способности на высокий поступок. Вызвать эмоциональный отклик в душе человека, побудить его к гуманной деятельности и дать возможность почувствовать себя личностью - не в этом ли состоит основное воспитательное значение художественной литературы!

Герои "Анжелики" - личности, не склоняющие головы перед судьбой, ценящие превыше всего свою независимость. Через всю серию проходят две основные мысли: защита свободы и прославление разума, противопоставление его мещанству и церковной догме. На протяжении всего цикла Анжелика борется за свою любовь, за свою жизнь и жизнь своих детей: то это сражение за кусок хлеба в среде обездоленных нищих, бродяг и убийц во Дворе Чудес, где она оказалась, лишенная всего имущества после мнимой казни ее мужа графа де Пейрака ("Дорога в Версаль"), то противодействие интригам королевского двора и самого короля, покушавшегося на ее честь ("Анжелика и король"), то преодоление страха перед разбушевавшейся стихией ("Анжелика и ее любовь"), то борьба за освобождение из рабства, куда она попала, отправившись на поиски мужа ("Неукротимая Анжелика").

Анжелика ценит не только свою свободу, но и свободу других, и ставит ее выше религиозных предрассудков: католичка, она спасает потерпевших поражение и преследуемых королем гугенотов ("Анжелика в гневе").
Именно свободолюбие, стремление вырваться из-под деспотической власти короля и церкви привело героев книги в Америку - Новый Свет, который, казалось, открывал перед ними неограниченные возможности деятельности, самоутверждения. Человек стоит то, чего он стоит. В Америке, величавой, но суровой стране, личные качества Анжелики и ее супруга постоянно выдерживают испытания на прочность. Жизнь многому научила графиню де Пейрак: шить, готовить, стрелять, разделывать туши животных, лечить больных и ухаживать за ранеными. (Энциклопедические знания авторов книги сказываются в описаниях сбора трав Анжеликой в лечебных целях. Страницы с этими описаниями могут и сейчас служить справочниками по лекарственным растениям.) Художественный образ героини в романе "Анжелика в Новом Свете" насыщается все более правдивыми деталями, становится более реалистичным. Ее повседневные заботы о еде, больных, жилище - это заботы обыкновенной женщины; ее муки и размышления о судьбах и взаимоотношениях детей понятны и близки любой матери и способны вызвать отклик у каждой женщины.

В Анжелике Анн и Серж Голон воспевают мудрость природы, естественную гармонию человека с окружающим миром. Анжелика наделена интуицией, благодаря которой она ощущает незаметное равнодушному глазу возрождение к жизни в природе и людях; интуитивно чувствует переход к выздоровлению после тяжелой болезни и знает, когда надо экономить энергию и когда необходимо действовать незамедлительно. Она органически связана с природой и, как природа, неувядаема. Граф де Пейрак угадывает в глубоко уставшей после тяжелой голодной зимы Анжелике "истинное недомогание земли, всей природы, которая истощила свои последние силы, чтобы пережить конец зимы, но которая накапливала их, чтобы выдержать бурный натиск приближающейся весны. То была смерть перед возрождением". Индейцы, дети природы, тоже чувствуют в аристократке Анжелике близость к естественным силам земли и называют ее Дамой с Серебряного озера.

Добро и ласка порождают ответные чувства. Зло и равнодушие способны породить только жестокосердие. Душевность Анжелики и рассудительная доброжелательность де Пейрака помогают им приобрести в индейцах союзников и даже победить враждебное французам племя ирокезов, но тупой фанатизм, коварство служителей церкви чуть было не уничтожили их усилия. Чтобы предотвратить трагические последствия жестокого убийства ирокезов-парламентеров, совершенного по указу иезуитов, де Пейраку пришлось принести в жертву плод своих многолетних усилий - форт Катарунк. Мракобесие, клерикализм - основные враги де Пейрака. Они разрушают все, что тот созидает. В схватке вольнолюбивого и свободомыслящего графа с "чудовищем инквизиции" прочитывается борьба прогресса с реакцией, разума с невежеством. Безумная вера мирно уживается с предрассудками; в них человеческая слабость, а не сила. Не случайно массовое религиозное чувство в сочетании с таким же массовым интересом ко всему сверхъестественному, оккультному (вера в дьявола - обратная сторона веры в Бога) проявляется с особой силой в кризисные периоды общества. Человек, утративший веру в способность людей усовершенствовать мир на земле, возлагает свои надежды на потусторонние силы. Этим пользуются власть предержащие и любое проявление разума расценивают не без основания как угрозу своему могуществу. Так и иезуит отец д'Оржеваль видит в ученом де Пейраке опасного врага церкви, преграду утверждения ее влияния в Новом Свете. Чтобы сохранить свою свободу и свободу доверившихся ему людей, чтобы не быть поверженным властью, де Пейрак не имеет иного выбора, кроме как властвовать самому. Однако гуманист старается утвердить свою власть не оружием и интригами, а силой разума, установлением справедливости, примером личного трудолюбия и стойкости. Не попав в силки иезуитов, граф сумел отстоять свое "я", остаться самим собой, в чем ему завидуют люди более слабые - вроде барона д'Арребу, чье сознание еще в юности было затуманено иезуитскими проповедями и чья воля была полностью подавлена. Печальна судьба попавших под влияние отца д'Оржеваля, оказавшихся во власти религиозных предрассудков: роковым образом устремляются они к гибели, как Пон-Бриан, слишком поздно осознавший, что он - "лишь слепое орудие" в руках клерикала. (Проблема религии, церкви и ее служителей занимает немалое место в романе и отражена во всей своей сложности и многогранности. - Прим. ред.)

Судьбы героев - во власти авторов романа, и они вознаграждают тех, кто взял в свои жизненные проводники разум и стремится к истине, тех, кто добр и мужественен. Анжелика и ее супруг - победители. Они завоевывают Новый Свет. Беспристрастному читателю ясно, что авторы идеализируют своих героев, наделяя их бесчисленными добродетелями. Бросаются в глаза и другие недостатки романов: перегруженность приключениями и подвигами Анжелики, преувеличение достоинств героини. (Но для приключенческого романа это скорее положительная черта. - Прим. ред.) Чувство меры иногда изменяет авторам. Читатель, знакомый со всем циклом, без труда заметит повторение сюжетных линий, особенно в последних томах ("Искушение Анжелики" и "Анжелика и дьявол"), их схематичность, однообразие словаря в портретных описаниях. Тем не менее эти недостатки не заслоняют достоинств: гуманистическую интонацию, живописность, остроту сюжета.

Советский читатель, хорошо знакомый с романами Купера о покорении Америки англичанами, почти ничего не знает о проникновении в Канаду французов. "Анжелика в Новом Свете" в некоторой степени восполняет этот пробел. Благодаря Анн и Сержу Голон мы познакомились с малоизвестными нам страницами истории Франции XVII века, вышли за географические пределы этой страны, в которых удерживали нас произведения Дюма. В романе, конечно, есть фактические погрешности, но любознательный читатель, отложив в сторону книгу, может продолжить знакомство с описываемым периодом, обратившись к научным трудам по истории Франции и Канады. Пробуждение исследовательского интереса и расширение кругозора - тоже одно из достоинств художественной литературы.

По выражению известных французских писателей Гонкуров, "история - это роман, который был; роман - это история, которая могла бы быть". Могла бы быть ситуация, изложенная в предлагаемом произведении "Анжелика в Новом Свете"? Вероятно, нет. Но к формуле "все жанры хороши, кроме скучного", добавим: лишь бы они пробуждали "чувства добрые", а роман Анн и Сержа Голон их пробуждает.

Н. А. Скир

© Голон Анн и Серж. Анжелика в Новом Свете: Роман / Пер. с фр. Г. Сафроновой, К. Северовой; вступ. ст. Н. А. Скир. — Мн.: Полымя, 1991. — 496 с.